illiquidum (illiquidum) wrote,
illiquidum
illiquidum

Category:

Доллары США - на китайские юани


Материал комментируют:
Александр Шатилов
Никита Масленников
Путин обменял доллары США на китайские юани

Фото: Александр Демьянчук/ТАСС

Банк России переложился из доллара в юани и евро. Такой вывод следует
из «Обзора деятельности Банка России по управлению активами
в иностранных валютах и золоте», опубликованного 9 января.




Отчет ЦБ раскрывает данные
о международных резервах за период с июля 2017 года по июнь 2018-го.
Традиционно эти сведения публикуются с полугодовой задержкой. Как
отмечается в докладе регулятора, это «обусловлено высокой
чувствительностью цен на мировых финансовых рынках к действиям
крупнейших участников рынка».
Вот как выглядят ключевые показатели отчета на этот раз:
— объем активов ЦБ в валюте и золоте вырос на 9,6%, до $ 458,1 млрд;
— доля доллара США в рыночной стоимости активов снизилась с 43,7% до 21,9%;
— доля в евро выросла с 22,2% до 32%, в юанях — с 5% до 14,7%.

В долларовом эквиваленте объем вложений в евро и юани оказался примерно одинаковым —
чуть более $ 44 млрд. Но если в европейскую валюту он увеличился
на 45%, то в китайскую — почти втрое, более чем на $ 100 млрд. Выросли
также вложения в японских иенах на $ 20 млрд., а в британских фунтах
снизились более чем на $ 7 млрд.

Доля активов в других валютах и золоте фактически не изменилась.

А вот как выглядит ситуация с распределением активов по странам.

Доля США снизилась за год с 32,5% до 9,6%, КНР выросла — с 0,1%
до 11,7%, Японии — с 1,7% до 7%, Франции — с 12,7% до 15,5%, Германии —
с 10,4% до 12,7%.

На деле, эти цифры демонстрируют результаты
политики России по диверсификации золотовалютных резервов и уходу
из доллара США. Как пояснял в октябре президент Владимир Путин, Банк
России вынужден изменить структуру резервов из-за политических рисков.
Примерно тогда же глава ЦБ Эльвира Набиуллина уточняла, что регулятор
проводит политику диверсификации резервов с учетом экономических, финансовых
и геополитических рисков.

Напомним,
ускоренный вывод резервов России из гособлигаций США начался в апреле
2018 года. Именно тогда Минфин США в ответ на «разнообразную
злонамеренную деятельность РФ» приступил к принципиально новому
расширению антироссийских санкций. Так, в апрельский «черный список»
впервые попали крупные бизнесмены, не связанные с нефтегазовой отраслью,
и их активы, в том числе «Русал» Олега Дерипаски.

Тогда
вложения России сократились вдвое, с $ 96,1 млрд до $ 48,7 млрд.,
в мае — еще втрое, до $ 14,9 млрд. (против $ 164,3 млрд. до крымских
событий). Сейчас, по последним имеющимся данным Минфина США
(по состоянию на 1 ноября 2018 года), они составляют $ 14,6 млрд.

Впрочем, в истории с резким сокращением доли РФ в американском госдолге имеется
любопытный поворот. Эксперты влиятельного американского Совета
по международным отношениям (CFR) утверждают, что Москва продала не 84%
казначейских бумаг США, а всего 45%, спрятав остальные облигации
в офшорах. Так, по данным CFR, в апреле и мае 2018 года владения
госдолгом США резко выросли в Бельгии, где расположен офшорный
банк-депозитарий Euroclear, и на Каймановых островах — на $ 25 млрд. и
$ 20 млрд. соответственно. Если принять версию CFR, получится, Россия
не особенно выходила из казначейских американских бумаг. Они просто
перевела их в депозитарии под другой юрисдикцией, где они стали
«не видны» для Минфина США.

Спасет ли теперь наши международные резервы перекладка их в юани и евро?

— Перекладка из доллара в юани и евро связана, прежде всего, с изменением
доходности валютных активов, — уверен руководитель направления
«Финансы и экономика» Института современного развития Никита Масленников
.
— Из отчета ЦБ следует, что доходность доллара США составляла 0,35%
годовых, фунта стерлингов — 0,23%, канадского доллара — 0,91%,
австралийского доллара — 1,75%. Юань демонстрировал доходность 3,2%
годовых, а евро — отрицательную доходность — минус 0,17%.

Банк России, как любой крупный игрок на мировом финансовом рынке, реагирует
прежде всего на эти показатели. А они меняются в рамках тренда, который
имеется у каждой из валют.

Так вот, именно с долларом ситуация
складывалась неочевидная. В первой половине 2018 года наметилась
тенденция к укреплению американской валюты, и к снижению
ее волатильности. Это сужало возможности Банка России по игре на разнице
курсов. Кроме того, дорожали российские обязательства, номинированные
в долларах. Эти рыночные факторы послужили главным сигналом к снижению
доли валютных активов в долларах.

«СП»: — Насколько значимым в этой ситуации был санкционный фактор?

— Он был весомым с том смысле, что многие наши внешнеэкономические контрагенты
стали сталкиваться с затруднениями при обслуживании торговых сделок
в долларах. Так, платежи за поставленные Россией вооружения
задерживались, по данным Минфина РФ, вплоть до одного месяца. В итоге
мы с некоторыми странами, прежде всего с Индией, фактически полностью
перешли на национальные валюты в расчетах за оборонные поставки.

Кроме того, многие наши коммерческие и государственные банки попадали под так
называемый режим проверки платежей, из-за которого транзакции
растягивался вплоть до двух недель, и платежи зависали.

В итоге, операции именно в долларах становились для многих наших партнеров
обременительными. Не то, чтобы они вообще не проходили — растягивалось
время, а это всегда сопряжено с определенным кассовым разрывом для
экспортера, и с риском восполнять этот разрыв дополнительными займами.
Все это повышало исполнительные издержки за транзакции, что было
неприемлемым.

«СП»: — Ситуация с евро и юанем выглядит лучше?

— Евро в первой половине 2018 года выглядел довольно неустойчивым. В тот
период резко рос госдолг США, евро терял позиции и демонстрировал
высокую волатильность. Замечу, что и ставка по депозитам Европейского ЦБ
была отрицательной. Тем не менее, с учетом наших торговых связей
с Европой и возможности перевода части расчетов в европейскую валюту,
увеличение доли наших активов в евро представляется правильным.

С юанем ситуация более сложная. Мы в первой половине 2018 года сделали ставку
на перевод значительной части нашего торгового оборота с Китаем в юани
и рубли. В результате, сейчас примерно 10% от этого оборота
осуществляются в национальных валютах — и это очень немало.

С другой стороны, во второй половине 2018-го процесс начал притормаживать.
Прежде всего, под воздействием торгово-политической напряженности
в отношениях Китая с Соединенными Штатами.

Тем не менее, мы рассчитываем, что доли национальных валют в товарообороте между
нашими странами значительно поднимутся. Раз так, нужно иметь и кредитные
линии между нашими Центральными банками, и определенную резервную
позицию в юанях, чтобы при необходимости финансировать российских
экспортеров.

Думаю, как только развиднеется ситуация в торговых
отношениях США и Китая, процесс перехода на торговлю за юани и рубли
возобновится.

«СП»: — Мы и дальше будем выходить из доллара?

— Основной тренд понятен: в условиях непрекращающегося санкционного давления
на финансовый сектор РФ мы будем снижать долю доллара — и в валютных
активах, и в торговых расчетах.

Думаю, кроме того, мы будет
и дальше снижаться доля активов в фунтах. Это связано с неопределенными
экономическими перспективами Британии в связи с предстоящим «брекзитом».
Неясно, какими условиями будет обставлен выход страны из ЕС — будет ли
это жесткий вариант без всякого соглашения, или же мягкий вариант.

А вот активы в евро мы будем только наращивать. Еворопейцы, напомню, объявили
о широкомасштабной программе повышения доли евро в международных
расчетах. На деле, Брюссель будет приветствовать переход на евро в сфере
энергетических поставок.

Это среднесрочный тренд, и он полностью совпадает с интересами России.

Кроме того, комфортная ситуация складывается с канадским и австралийским
долларами. Эти валюты поднимались в связи с хорошими позициями стран
на минеральных рынках, и устойчивым счетом их текущих операций. Поэтому
не исключаю, что доля этих валют в структуре валютных активов ЦБ
РФ также вырастет.

— В условиях обострения отношений с США и англосаксонским миром
в целом, Россия делает необходимые с политической точки зрения шаги
по избавлению от доллара и фунта, — считает декан факультета социологии
и политологии финансового университета при правительстве РФ Александр Шатилов
.

— Внутри российского общества наблюдается определенное брожение: вроде
мы с Западом находимся в жесткой конфронтации, но при этом продолжаем
вкладываться в американские бумаги и валюту. С другой стороны,
определенные круги российской элиты воспринимают это как сигнал, что
на деле мы с Западом ссориться всерьез не намерены, и наше
противостояние носит чисто имитационный характер.

Выходя из доллара, мы политически проясняем эту ситуацию, и бросаем вызов
главному символу Америки. Хотя, как известно, доллар — не совсем
национальная валюта США, а скорее валюта ФРС, которая носит
наднациональный характер. Как бы ни было, мы сейчас фиксируем
собственные приоритеты, и начинаем контригру против доллара.

По сути, доллар в мире является валютой переоцененной — подкрепляется он,
в основном, силовой мощью США. А поскольку выросло число стран, которые
хотят многополярного мира — это Россия, Китай, и даже континентальный
ЕС — сокращение активов в долларах могут поддержать и другие игроки.






Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments